Денис. История успеха

ДЕНИС. ИСТОРИЯ УСПЕХА АВА

Как прикладной анализ поведения помог неговорящему мальчику с аутизмом научиться жизненным навыкам. А еще говорить, читать и писать.

История Светланы и ее сына — яркий пример того, насколько эффективно раннее коррекционное вмешательство. Мальчик 3 года занимался в центре «Диада+» и достиг колоссальных результатов. В следующем году он пойдет в первый класс общеобразовательной школы.

ПРОПАЛИ СЛОВА «МАМА» И «ПАПА», СЫН ПЕРЕСТАЛ МЕНЯ УЗНАВАТЬ

После года у Дениса пропали слова, которые он уже мог говорить: «мама», «папа», «баба», «деда». То есть, стандартные слова, которые к этому возрасту уже есть у детей. В 1,2 мы лечили зубы под наркозом. Возможно, это стало толчком.

Исчез указательный жест, сын перестал понимать обращенную речь. Всё, что говорили ему, он игнорировал. Проводил всё время в самостимуляции — вращал в руках и катал по подбородку предмет с острыми углами. Например, кубик из конструктора. Садился в угол комнаты и зависал с этим кубиком. А если его забирали, то находил что-то подобное, с углом. Игрушку, у которой острые края.

К 1,5 годам навыки исчезли полностью. Я забила тревогу, когда он перестал замечать, дома я или нет. Больше не радовался, не выходил встречать. Ему было все равно, кто с ним находится и где он находится. Когда его привозили к бабушке, ему было неважно, ухожу я или нет. Не обращал внимания, кто с ним остался — бабушка или какой-то чужой человек. А раньше он бежал навстречу и кричал: «Мама, мама!»

Совсем недавно Денис повторял за нами, играл, как все дети. Например, брал игрушечный мобильный, ходил по комнатам и разговаривал на своем. А теперь — тишина…

У меня есть старшая дочь и я знаю, как должен развиваться ребенок. Но, как часто бывает в этой ситуации, все меня успокаивали, мол, мальчики медленнее развиваются, позже начинают говорить. Позже понимают, что такое горшок. Я слышала только: «Не переживай, всё нагонит!»

ПРО «ДИАДУ» УЗНАЛА В ОЧЕРЕДИ

Тогда всё кричало о том, что надо что-то делать, а что делать — неизвестно. У меня не складывалась картинка по пунктам. Сегодня, я бы написала в поисковике: «Ребенок перестал говорить», «Ребенок перестал понимать обращенную речь». Но тогда я не понимала, как это назвать, как сформулировать.

Сначала пошла к педиатру. Она мне ничего толком не сказала.
Затем к невропатологу. У нее, видимо, появилась мысль, но она ее не высказала. Сказала: «Понаблюдайте и приходите». И, когда мы пришли на следующий раз через месяц, сказала принести заключение детского психолога.

Я начала искать детского психолога и так мы попали в психоневрологический диспансер — ПНД. На приеме врачи ничего не объясняли, говорили, что нужно прийти через месяц, потом еще через месяц.

Но я искала причину дальше, пошла записывать ребенка на дневной стационар по неврологии. И там, в очереди познакомилась с девушкой, которая и рассказала про «Диаду» — это была удача! Она посоветовала АВА-терапию. Тогда я это слово услышала в первый раз, но сразу записалась на бесплатную консультацию к Наталии Александровне Мальтинской. Диагноза еще не было, но я начала понимать, что происходит с сыном. А в 2 года и 10 месяцев Денису поставили аутизм.

СОМНЕВАЛАСЬ, ИСКАЛА, НО ВСЕ РАВНО ПОВЕРИЛА В АВА

Сначала я сомневалась в АВА. Искала другие способы «лечения аутизма».

Сдали анализы на генетику, но они не выявили каких-то явных, больших поломок. Врач не назначила ни аминокислот, ни белков, на которые я надеялась, то есть не оказалось средств, которые изменили бы ситуацию.
И тогда я стала изучать вопрос. Прочитала книгу Ю. Эрц «Особые дети. Введение в прикладной анализ поведения». Еще читала статьи на сайте фонда «Выход». И поняла, что других вариантов, кроме АВА-терапии, у нас нет.

ПЕРВЫЕ МЕСЯЦЫ СЫН НЕ ПОКАЗЫВАЛ, ГДЕ МАМА И ПАПА

Когда мы пришли в «Диаду», Денис вел себя, как Маугли. Маугли вышел из леса, не понимал разговор людей, игнорировал. Мой сын тоже вел себя, как дикий волчонок. Пугался всех, сидел в углу, крутил предметы и не обращал ни на кого внимания.

Сын стал заниматься 3 раза в неделю. На первом тестировании VB-MAPP (диагностика уровня развития навыков ребенка) он набрал всего 19 баллов. Это первый, самый низкий уровень, соответствует 1-1,5 годам нормы. А Денису тогда было 2,8.

Помню период, когда его учили понимать, кто мама, а кто папа. Сын нас совершенно не идентифицировал. Мы принесли фотографии всех членов семьи. На занятии терапист спрашивал: «Кто это?». Он должен был показать карточку: «Мама вот!» И, когда на фотографиях он уже хорошо показывал, где мама и где папа, в жизни все было не так. Денис не мог показать на живых нас, кто из нас кто, хотя шел уже четвертый месяц занятий. Всё это было небыстро.

ДЕНИС СОБИРАЛ 10 ЖЕТОНОВ, А ПОСЛЕ МЫ ЕГО КАЧАЛИ В ГАМАКЕ

Он научился заниматься за столом, слушать и слышать педагога. Сын выполнял задания и получал жетоны. Когда собрал все — перемена и развлечения. Сначала поощрением были пульт от телевизора и мобильный телефон.

После на смену материальным поощрениям пришли социальные — взаимодействия с родителями и похвала. Например, нравилось, когда мы его качали. Тогда приходили на занятия вместе с мужем. Сидели и ждали, когда сын соберет 10 жетонов и потом качали его вдвоем в гамаке.
Вскоре он усидчиво занимался, чтобы просто услышать от педагогов: «Денис, какой ты молодец! Какой ты умница!» Он уже радовался социальной похвале, как делают дети в норме.

КАРТОЧКИ ПЕКС И ДОЛГОЖДАННЫЕ СЛОВА

Главный родительский запрос у меня был, конечно, речь. Мне хотелось, чтобы сын понимал, отвечал. Но тогда я не знала, что устная речь невозможна без понимания обращенной речи.

Мы отзанимались 7 месяцев, потом супервизор и руководитель центра решили вводить ПЕКС (PECS — это система общения, в которой с собеседником вместо слов обмениваются карточками). Я начала активно читать и об этой системе коммуникации.

Сначала, как и многие, сомневалась — вдруг, не заговорит, когда привыкнет к картинкам. Но потом поняла, что речь появится тогда, когда в голове ребенка свяжутся картинка, реальный предмет, текст под картинкой и произнесенное слово. Когда это случилось — пошла речь. Денис заговорил в 3 года и 11 месяцев. Сначала только существительные, потом пошли глаголы.

VB-MAPP 131 БАЛЛ И ПЕСНИ ГРУППЫ «QUEEN»

В июне 2015-го мы пришли в «Диаду», а в сентябре 2016-го сын уже говорил, понимал кто он и где, видел мир вокруг. Денис осознал, что у него есть дом, а за дверью — другая территория. Стал отличать родных и чужих.
Ему очень нравилось в «Диаде», потому что его там постоянно хвалили за успехи. Всегда туда стремился. С момента, когда пошла речь, начались грандиозные скачки в развитии, познании мира. VB-MAPP был уже 81 балл. Еще через год — 131. Это верхний уровень теста.

Появились свои интересы. Например, буквы. У него были пластиковые, которые на магнитиках крепятся к доске. Денис их раскладывал на полу, мы называли, проговаривали. За две недели сын начал читать, не запоминая слова целиком, а осознанно применяя буквы. Просто сам начал читать бегло.

Потом русские буквы надоели. Стали интересны английские. По-английски тоже стал быстро читать. Тогда его лексикон был, наверное, 300 английских слов. Этот язык ему нравился тем, что он любит слушать группу «Queen». Мы распечатывали тексты песен, а он их читал. Бывало, что Фредди Меркьюри пел не по тексту, тогда Денис возмущался, кричал: «Неправильно!». Например, Фредди не поет артикли the, а в тексте они есть.

Потом стал изучать марки машин. Теперь он знает все. Отличит машину на улице от любой другой по фарам, колесам, по каким-то элементам. Скажет, какая марка, какого года, какого кузова, в какой стране производится.

ПОКА ДЕНИС НЕ СТРЕМИТСЯ ДРУЖИТЬ С ДЕТЬМИ

В социальном развитии Денис опаздывает до сих пор. Дети не вызывают интереса ни сейчас, ни прежде. Зато теперь он наблюдает за ними. С помощью тьютора включается в игру, понимает правила — это большой прогресс. Раньше он вел себя так, будто других детей просто нет.

А всех взрослых он воспринимал, как педагогов, слышал их слова, выполнял просьбы. В «Диаде» много терапистов и они часто меняются. Это нужно для того, чтобы научить взаимодействовать с разными людьми. Называется навык обобщения. Если ребенок занимается постоянно с одним педагогом, велика вероятность, что станет ассоциировать задания только с этим конкретным человеком. А другому не ответит на вопрос, не станет сотрудничать. Так часто бывает.

УШЕЛ ИЗ «ДИАДЫ», ПОТОМУ ЧТО ПОРА ДВИГАТЬСЯ ДАЛЬШЕ

Год назад Денис завершил занятия в центре. Наталия Александровна сказала, что ему нужно больше общаться с нейротипичными сверстниками, учиться вместе, проводить время.

Когда уходили, Денис уже замечательно говорил. Он не строил развернутых, сложносочиненных предложений, но, если переспросить, подбирал синонимы, добавлял прилагательные.

Научился читать, считать, немного писать, печатать на компьютере. Стал намного самостоятельнее, например, сам одевался, раздевался, мыл руки, чистил зубы, ходил в туалет, убирал игрушки, складывал свою одежду в шкаф.

Денис пошел в детский сад в группу с обычными детьми. Уже понимал, что нужно слушаться воспитателей, смотреть, что делают другие дети, повторять или присоединяться. Вставать с ними в круг, например.

В октябре Денису исполнилось 7 лет. В следующем году мы пойдем в школу. За год без «Диады» у него появился новый интерес — это страны мира, города. Теперь он знает флаги всех стран. Знает столицы, достопримечательности.

Интеллектуально он опережает сверстников. По тесту Векслера в прошлом году было 118 баллов.

СЫН УЖЕ НЕ С «ТЕМИ», НО ЕЩЕ НЕ С «ДРУГИМИ»

Хотя Дениса нельзя назвать нейротипичным ребенком, в его развитии произошел грандиозный прогресс.

Пока мы привыкаем к нашему новому кругу общения. Придется стараться на каждом этапе. Сейчас садик, дальше — школа. Потом, возможно, институт, какая-то работа. В каждую среду он должен влиться и, надеюсь, эта среда повернется к нему лицом. Потому что он действительно очень много добился!